Прп. Лука (Швец, 1838-1898) ‒ глинский старец, происходивший из крестьян. 24 года нёс тяжёлые послушания на кухне и в пекарне. Приняв схиму, нёс подвиг умной молитвы, удостоившись явления Глинского образа Нерукотворного Спаса, от которого был голос с призывом читать молитвы внимательно. Подвергался бесовским искушениям, но победил их. Обладал даром прозорливости и исцелений, которые скрывал под внешне простыми действиями.
Преподобный Лука (Швец)[1], в миру Леонтий († 1 мая 1898 г.). Происходил из крестьян Сумского уезда Харьковской губернии (родился в 1838 г.). В Глинскую пустынь пришел в 1864 г. Вначале 2 года трудился на кухне, затем 22 года — в пекарне. В 1869 г. был пострижен в рясофор и назначен старшим в пекарне. Заботясь о духовном преуспеянии подначальных ему послушников, он нередко ругал их, — чтобы они, обнаружив в себе гневливость (и увидев правду о своем незрелом духовном состоянии), учились преодолевать эту страсть терпением (начинали путь к незлобию, без которого невозможно подлинное монашество); при этом, естественно, о. Леонтий «вызывал огонь на себя» и смиренно переносил обиды.
В 1875 г. он принял постриг в мантию с именем Лонгин. В 1888 г. о. Лонгина назначили «смотрителем Псалтири» — ответственным за порядок чтения старцами Псалтири по благодетелям монастыря. В 1891 г. подвижник принял схиму с именем Лука и поселился в Ближнем скиту, а в 1893 г. перешел в Дальний скит. Старцем схимонаха Луки был прп. Архипп (Шестаков). Включив в свое келейное правило 500 молитв Иисусовых (по указанию о. Архиппа), прп. Лука, вероятно, не сразу научился удерживать полное внимание при их прочтении, — и однажды ему явился на воздухе Глинский образ Нерукотворного Спаса, от которого был голос с призывом читать молитвы медленно и внимательно. Как многие истинные подвижники, о. Лука подвергался бесовским страхованиям («Однажды выхожу я из келии, налетела на меня большая белая лошадь и начала грызть», — признавался он ученикам), однако вышел из этой брани победителем («Враг гнал меня из скита, но я поборол его»). Имея учеников, схимонах Лука умел мудро наставить каждого из них: одного — откровенным словом, другого — иносказанием (один инок рассказывал: «Несколько раз отец Лука давал мне читать именно то, о чём хочешь узнать, но стесняешься спросить»). «Истинная любовь, что может, дает для всех, а не избранным», — было одно из его назиданий пасомым. Бесы мстили старцу за то, что он бдительно оберегал своих чад от духовной опасности («Через вас всю сию ночь на полу прокатался», — молвил однажды схимник). Имея дары прозорливости и исцелений, о. Лука скрывал свою молитву о больных внешним действом — предлагал вкусить какое-либо простое снадобье (когда к нему пришел один больной лихорадкой инок, старец размочил часть бублика и вручил гостю со словами: «Больной? На — ешь!»; из кельи тот инок вышел здоровым). В келейной жизни подвижник был радушным и веселым, однако при этом всегда носил в сердце страх Божий: раз, когда его келью побелили и он, вернувшись в нее, увидел образ Божией Матери «Всех скорбящих Радость» поставленным на кровать, то немедленно перенес святыню на прежнее место; после случившегося о. Лука усердно помолился перед иконой и услышал голос: «Раб, всегда храни благую веру, сим оправдан будеши».
Примечание
[1] Включён в месяцеслов Русской Православной Церкви решением Архиерейского Собора 2017 года.
